3(4), май-июнь  2000    

Новые исследования катакомбных погребений близ села Верхний Салтов

В.В. Колода
Харьковский госпедуниверситет
им. Г.С. Сковороды

 
Археологический комплекс, расположенный на правом берегу Северского Донца у с. Верхний Салтов а Харьковщине,- одно из наиболее ярких явлений среди памятников салтовской культуры раннего средневековья Восточной Европы. Открытый в 1900 г. Местным учителем В.А. Бабенко, он привлекал и привлекает внимание исследователей [Багалей Д.И.,1905.- С.25 -26; Покровский А.М.,1905.- С.465-491; Макаренко Н.Е.,1906.- С.122-144; Спицин А.А.,1909; Федоровский А.С.,1913,1914; Семенов-Зусер С.А.,1946.-С.112-137; 1952.- С.271-284; Ляпушкин И.И.,1958.- С.85-88; Шрамко Б.А., 1962.- С.266 - 271; Березовец Д.Т.,1962.- С.20; 1975.- С.421-429; Смiленко А.Т.,1971.- С.147-157; Iченська О.В.,1980.- С.101-109 и др.]. В настоящее время этот комплекс состоит из городища с остатками каменной крепости, обширного селища-посада и четырех катакомбных могильников.

Последний из могильников был открыт В.Г. Бородулиным в 1989 г. На западном склоне Нетечинского оврага в 300 м на юго-запад от могильника № 3. В 1989-1990 гг. Экспедиция Харьковского областного исторического музея исследовала здесь 17 погребений. В 1996 г. Средневековая экспедиция Харьковского госпедуниверситета продолжила работы на Верхнесалтовском могильнике № 4. Здесь, вплотную к раскопам предыдущих лет, была заложена траншея 43х3 м, в черноземном слое которой выявлены отдельные фрагменты гончарной кухонной посуды салтовской культуры [Колода В.В., 1996.- С.6.- Табл. XX,1-3]. Возможно, это следы тризны. Во вскрытой траншее было обнаружено и исследовано 10 погребений ( № 18-27 по сквозной нумерации).

Захоронения были совершены по обряду трупоположения в катакомбах. Дромосы были ориентированы на запад в сторону склона Нетечинского оврага. Они хорошо прослеживались пятнами желтой рыхлой глины на фоне плотного рыжего глиняного материка при зачистке на глубине 0,6-0,65 м. Все катакомбы состояли из дромоса, в котором прослеживалось несколько ступеней, переходного коридора арочной формы и непосредственно погребальной камеры со сводчатым потолком того или иного профиля. Погребение одно от другого располагалось на расстоянии 2-4 м. Заполнение дромосов состояло из однородной смеси суглинка и рыхлой материковой глины. Все переходные коридоры были заполнены черноземом с незначительной примесью глины.

Для удобства изложения все параметры катакомб сведены в Таблицу 1. Сюда же включены и поло-возрастные показатели погребенных, определение которых проводилось на факультете фундаментальной медицины Харьковского госуниверситета.

Катакомба № 18 (Рис. I, 1). В начальной трети дромоса на глубине 2 м обнаружены фрагменты от черепного свода человека. Кроме того, в заполнении выявлены две песчаниковые плиты. Одна из них, выявленная в горизонтальном положении на глубине 1 м, имела размеры 0,6х0,4х0,1 м. Вторая располагалась вертикально и закрывала устье переходного коридора. Ее размеры-0,65х0,55х0,2 м. Отметим также, что при зачистке верхнего края дромоса, в его восточной части, найден неполный развал желтоглиняного кувшина (кружки?), который мы также связываем с захоронением в этой катакомбе (Рис. III, 4).

Погребальная камера имела в плане форму трапеции со слегка закругленными углами. Восточная стенка была длиннее западной.. Она была практически свободна от грунта. Лишь дно было слегка присыпано обвалившейся сверху материковой глиной.

В заполнении камеры найдено 4 рыхлых трубчатых человеческих кости с истлевшими эпифизами. Они лежали не в анатомическом порядне. Кроме того, на полу местами прослеживался костный тлен. По центру камеры находилось овальное пятно золы и мелкого древесного угля. Размеры пятна-0,5 х 0,25 м при толщине 0,5-1,5 см. Под ним не прослеживается следов прокаленности грунта, что свидетельствует о привнесении в камеру остатков кострища. По центру этого пятна найдено 7 круглых сердоликовых бусин (Рис.II, 3). В северной части пятна выявлено 7 одно - четырехчастных бусин из стекла с фольгой; еще 3 таких же бусины располагались в 0,3 м к северу от пятна (Рис. II, 2; III, 1). Здесь же, практически по центру зольного пятна, найдено три человеческих зуба (Рис. II, 4). К северу от упомянутого зольного пятна найдено скопление серебряных ременных бляшек (Рис. II, 1); две из них были концевыми (Рис. III, 2), а шесть-сердцевидные (Рис. III, 3). Еще одно аналогичное зольно-угольное пятно выявлено близ восточной стенки камеры. Его размеры-25х30 см.

На основании остатков ременной гарнитуры данное погребение может быть датировано серединой IX - первой половиной X вв. [Плетнева С. А., 1989.- С. 164].

Катакомба № 19 (Рис .I, 2). В нижней части заполнения дромоса выявлено 6 фрагментов расколотой песчаниковой плиты толщиной 0,15-0,2 м. Пять из них найдены в непосредственной близости от устья переходного коридора и еще один - на предпоследней ступени. Одна из граней последнего фрагмента была вымазана охрой. Кроме того, в верхней части заполнения дромоса на глубине 0,6 м выявлено два фрагмента трубчатой кости животного.

Погребальная камера в была прямоугольной в плане формы со слегка закругленными углами (Рис. IV). Изначально пол камеры был густо посыпан мелом. Грунт потолка несколько осыпался, засыпав содержимое камеры слоем 0,1-0,15 м.

В северо-восточном углу камеры находился череп. Он располагался теменной костью вверх, глазницами-на СВ. Рядом находилась верхняя челюсть. На черепной крышке выявлен войлок толщиной до 0,5 см. Скорее всего, это остатки головного убора. Нижняя челюсть располагалась по центру камеры (Рис. IV). Погребение было богатым на инвентарь. В северо-западном углу найдена сероглиняная гончарная кружка со следами вертикального лощения ( Рис. IV, 1; V, 9). В центре пола выявлено пятно железного тлена ( Рис. IV, 4) и остатки двух железных ножей в одном деревянном футляре, скрепленном бронзовой обоймой ( Рис. IV, 12; V, 1). Между ножами и черепом располагалась часть локтевого сустава с бронзовым браслетом ( Рис. IV, 7; V, 10). Аналогичный браслет найден между входом в камеру и нижней челюстью ( Рис. IV, 7; V, 11). Оба изделия имели малые размеры и были изготовлены из тонкого бронзового прута круглого сечения диаметром-0,2-0,3 см. В центральной части камеры найдено два маленьких бронзовых перстенька с небольшой площадкой. Один из них выявлен на фаланге пальца руки ( Рис. IV, 8; V, 19). Здесь же находились бронзовые спиралевидные пронизи, в некоторых из них сохранилась белая шерстяная нить ( Рис. V, 16); бронзовые нашивные бляшки ( Рис. IV, 11; V, 14, 15). Рядом выявлен свинцовый амулет в виде когтя животного ( Рис. IV, 13; V, 4). Заметим, что внутри амулета находился коготь лисы. Еще 4 аналогичных когтя с отверстиями для подвешивания выявлены в грунте, вынутом из заполнения катакомбы. В центре камеры обнаружена бронзовая четырехгранная ворворка ( Рис. IV, 9; V, 2) и две восьмерковидные бляшки с отверстием ( Рис. IV, 10; V, 3). Еще одна такая бляшка найдена в вынутом из камеры грунте.

Близ северной стены камеры найдены две пары свиных астрагалов, два из которых (по одному в каждой паре) имели сквозные отверстия ( Рис. IV, 2). Рядом с ним выявлено скопление из 25 белых рубленых бусин (Рис. IV, 3). В 0,35 м к юго-востоку от них найдена пара бронзовых литых бубенчиков (Рис. IV, 15; V, 17). Также у северной стены обнаружены остатки «загробной» пищи в виде бедренной кости теленка (в возрасте до 1 года).

У восточной стены найдена бронзовая серьга в виде проволочной подвески с шариком на конце (Рис. IV, 16; V, 5). В),6 м к югу от нее находилось бронзовое зеркальце-амулет диаметром 3,3 см с петелькой на обратной стороне (Рис. IV, 14; V, 20). Между зеркальцем и серьгой выявлено скопление бус, в основном синего и золотистого цвета (52 шт.) и одна синяя стеклянная пронизь уплощенно-прямоугольной формы. Здесь же найдено 16 половинок от фальшивых нашивных бубенчиков (Рис. IV, 17; V, 18) и несколько бронзовых спиралевидных пронизей (Рис. IV, 5). Общее число последних (вместе с теми, что найдены в центре камеры составило 17 (Рис. V, 6). В том же скоплении у восточной стены найдено несколько почковидных бронзовых нашивных бляшек (Рис. IV, 6; V, 15).

Кроме предметов, выявленных в камере, в грунте, вынутом при ее расчистке, найдена бронзовая ременная пряжка лировидной формы (Рис. V, 12); обнаружены ременная концевая бляшка с геометрическим орнаментом (Рис. V, 14) и несколько почковидных с растительным орнаментом (Рис. V, 15). Отметим, что общее число бронзовых концевых ременных орнаментированных бляшек составляет 3 экземпляра, а почковидных-6. В вынутом грунте обнаружена и еще одна бляшка в виде полукруга с одним углом (Рис. V, 16). Все найденные бляшки имели на обратной1 стороне остатки крепежа. Особый интерес представляет звено браслета с остатками крепления бронзовой пластины к железному стержню ( с остатками кожи). Оно напоминает замок современного пружинного браслета от наручных часов (Рис. V, 14). В этом же грунте найдена и бронзовая застежка-приколка (Рис. V, 8), а также бронзовая петельчатая пуговица (Рис. V, 10).

В данной катакомбе был похоронен ребенок. Это подтверждается антропологическими данными и наличием украшений малых размеров (браслеты, перстеньки), а также обнаруженными здесь амулетами из астрагалов и когтей животных, что, вероятно, играли роль оберегов. На основании наличия амулетов из когтей лисы, зеркальца-амулета, а также типового определения серьги и перстенька, погребение относится ко второй половине IX - первой половинехвв. [Плетнева С.А., 1989.- С.160 ] .

Катакомба № 20 (Рис. VI, 1). В заполнении дромоса на глубине 2,5 м выявлены остатки двух сильно истлевших железных ножей со следами деревянных ножен и рукояток (Рис. VIII, 12, 14). Рядом найден обломок нижней части миниатюрного стеклянного сосудика зелено-голубого цвета с остатками золотой плакировки (Рис. VIII, 15).

Камера катакомбы оказалась практически свободной от грунта. Потолок и стены изначально были выбелены мелом, который хорошо сохранился на стенках близ дна и на комьях частично обвалившейся сверху глины. В плане камера была подпрямоугольной формы. Пол камеры имел меловую подсыпку. Здесь выявлены остатки четырех погребенных. Два костяка сохранились практически полностью. Третий-частично, а останки четвертого подверглись наибольшей деструкции.

Костяк № 1 располагался вытянуто на спине и был ориентирован головой на север с небольшим отклонением к западу. Череп покоился на затылочной кости и был слегка завален на левую скулу. Нижняя челюсть находилась близ правого полушария черепа. Кости ключицы, позвоночный столб, ребра и тазовые находились на своих местах. Правая рука была слегка согнута в локтевом суставе, кистевые кости этой руки отсутствовали. Левая рука лежала вытянуто в направлении костяка № 2. Ее локтевой сустав перекрывал локтевой сустав правой руки второго погребенного, а отдельные кости кисти находились на правой тазовой кости соседнего костяка. Ноги первого погребенного были слегка согнуты в коленях и завалены к востоку. Кости стоп отсутствовали. Близ левой височной кости найдена бронзовая серьга-подвеска (Рис. VII, 3; VIII, 3).

В районе шейных позвонков и груди найдены различные бусы и бронзовые спиралевидные пронизи (Рис. VII, 2). Возле ребер обнаружены два бронзовых литых бубенчика (Рис. VII, 6; VIII, 8). Еще один аналогичный бубенчик найден вблизи правой голени. В месте соединения правой бедренной кости и таза найден фрагмент бронзовой фибулы (Рис. VII,12 VIII, 1).

Костяк № 2 находился рядом с первым и имел ту же ориентацию. Он располагался на спине в правильном анатомическом порядке с черепом, лежащим на затылочной кости и вытянутыми вдоль туловища руками (кости правой кисти не найдены). Правая нога была вытянута, а левая - слегка согнута в колене. Косте обеих стоп находились вместе (Рис. VII). Возможно, это свидетельствует о связывании стоп.

Инвентарь погребенного состоял из набора бус, вероятно, от наручного браслета, так как был найден в районе правого запястья (Рис. VII, 2). Здесь же у правой тазовой кости обнаружен железный нож с остатками деревянной рукояти и ножен (Рис. VII, 4; VIII, 13).

Остатки костяка № 3 располагались параллельно костякам № 1 и 2 и были ориентированы головой на север, о чем свидетельствует тлен черепа (Рис. VII, 1). К северу от тлена найдена одна из бедренных костей. Остальные кости конечностей слегка перемешаны и смещены со своего места, однако, вполне можно предположить первоначальное вытянутое положение погребенного. В районе предполагаемого таза найдена одна из костей голени. Иных костных останков не выявлено.

Инвентарь этого погребенного состоял из двух одинаковых бронгзовых сережек (Рис. VII, 3; VIII, 4). Чуть южнее выявлено скопление различных бус и бронзовых спиралевидных пронизей (Рис. VII, 2), а также бронзовая застежка (Рис. VIII, 6) и бронзовая пуговка (Рис. VII, 11; VIII, 16). В 2 м на СВ от последней обнаружено ее покрытие, сделанное из тонкой серебряной фольги (Рис. VII, 8; VIII, 5). На останках правой локтевой кости найден браслет из бронзового круглого в сечении прута с насечками на концах (Рис. VII, 7; VIII, 10).

Остатки костяка № 4 найдены у южной стенки камеры. От него сохранился лишь тлен черепа (Рис. VII, 1) да фрагмент трубчатой кости. К северу от тлена найдены молочные зубы, остатки железного ножа в деревянных ножнах (Рис. VII, 9; VIII, 11) и железная лировидная пряжка от узкого ремешка (Рис. VII, 10; VIII, 9). Близ остатков трубчатой кости выявлена россыпь стеклянных бус (Рис. VII, 2) и бронзовая пуговка (Рис. VIII, 2).

Кроме инвентаря, который можно отнести к конкретному погребенному, в камере найдена железная мотыжка с остатками дерева во втулке (Рис. VIII, 7). Она располагалась у правого плеча костяка № 1 (Рис. VII, 5). Рядом найден сильно корродированный железный костылек (Рис. VII, 7).

На основании того, что пуговицы и форма серег более характерны для последнего периода существования салтовской культуры [Плетнева С.А., 1989.- С. 160-162], предполагаемая датировка погребения: середина IX - серединахвв.

Катакомба № 21 (Рис.VI, 2).Погребальная камера имела в плане подпрямоугольную форму. Стены были выбелены мелом. Пол также имел меловую подсыпку. В камере были выявлены остатки трех погребенных (Рис. IX). Кости их были перемешаны. Лишь центральный котяк сохранился в некотором анатомическом порядке. Его череп находился в центральной части камеры с незначительным смещением к северу. Лежал он на правой скуле глазницами на запад (ко входу).В южную сторону от него тянулась цепочка позвонков. Кости таза находились на своем месте. Ниже таза располагался тлен еще одного черепа (Рис. IX, 3). У северной стены находилась часть черепной коробки, возможно, от него (Рис. IX, 2). Вплотную к первому найден еще один, относительно целый череп. Лежал он на затылочной кости, глазницами вверх, теменной частью на восток.

Кости в камере располагались группами. Вдоль северной стены с востока на запад выявлены: правая бедренная кость, ребра, ключица, еще ребра и фаланги ноги. В северо-западном углу-кости рук, лопатка, тазовая кость. Некоторые кости этой группы обильно посыпаны охрой. В центре, рядом с черепами, располагались кости верхних конечностей. В юго-восточном углу найдены кости ног, одна тазовая кость и отдельные кости стопы. В юго-западном углу-кости рук, ног, ребра, позвонки и отдельные мелкие кости.

Инвентарь погребения разнообразен. В северо-западном углу найдена сероглиняная лощеная кружка (Рис. IX, 1; X, 6). На дне ее-«клеймо» в виде креста в круге. В центральной группе костей выявлен боевой железный топорик с прямоугольным удлиненным обушком и широким лезвием (Рис. IX, 10; X, 1). Он располагался между черепами на полу камеры. Здесь же найдены и остатки деревянной рукоятки в виде тлена. Между черепом и тазовыми костями к востоку от позвоночника выявлена большая сердоликовая бусина-подвеска (Рис. IX, 8). По другую сторону позвоночного столба найден амулет, изготовленный из черепной кости человека (Рис. IX, 11; X, 7), и остатки узкого кожаного ремешка для крепления одежды или обуви с серебряными бляшками (Рис. IX, 6; 13). Две из них были прямоугольные с растительным орнаментом (Рис. X, 10), а еще три имели форму «личины» (Рис. X, 11). Некоторые из найденных ремешков имели бронзовые «усики» для крепления (Рис. X, 5).

Между центральной и юго-восточной группами костей выявлено скопление пастовых и стеклянных бусин (Рис. IX, 7). Здесь же был фрагмент нижней челюсти человека, три бронзовых литых бубенчика (Рис. X, 9) и одна бронзовая пуговка с петелькой (Рис. X,8).

В юго-западном скоплении костей найдено 7 бронзовых спиралевидных пронизей (Рис. IX, 9; X, 3). В некоторых их них сохранились шерстяные белые нити. Рядом выявлен железный нож с остатками деревянных ножен и рукояти (Рис. IX, 4; X, 2). Справа от входа в камеру найдено бронзовое зеркало (Рис. IX, 5) с петелькой и геометрическим орнаментом на обратной стороне (Рис. X, 4).

На основании находки топорика с молотковидным обушком, размеров и орнаментации зеркала, а также орнамента на концевых ременных рем бляшках [ Плетнева С.А., 1989.-С. 155, 160; Степи Евразии..., 1981.- С. 148-151] , данное захоронение можно датировать IX в.

Катакомба № 22 ( Рис. XI, 1). В 1,5 м от входного отверстия переходного коридора на глубине 2,8 м найдены две железные обкладки от луки седла с соединительными железными штырями (Рис. XIII, 1). Между ними и рядом находился древесный тлен.

Камера имела в плане правильную прямоугольную форму и была практически свободна от грунта. Находки были лишь слегка присыпаны обвалившейся сверху глиной.

Кости погребенного находились не в анатомическом порядке и сохранились далеко не полностью. У северной стены по центру лежал человеческий череп, повернутый глазницами к стене; рядом выявлены человеческие зубы (Рис. XII, 1), а также 7 позвонков. В северо-восточном углу найден обломок трубчатой кости. В 0,3 м к юго-западу от него обнаружены человеческие зубы (Рис. XII, 1), а также россыпь стеклянных и пастовых бус (Рис. XIII, 3). В центре камеры находились обломки трубчатых костей человека, фаланги пальцев и фрагмент нижней челюсти. В 0,1 м южнее - кости таза, правая бедренная и лучевая кости, а также фаланги пальцев руки (лишь они находились в анатомическом порядке. В юго-восточном углу камеры находились бедренная и левая тазовая кости, тлен берцовых костей. Здесь же выявлены фрагменты локтевой и лучевой костей ( их малые размеры дают возможность предположить, что это кости ребенка).

Захоронение было наиболее богатым на инвентарь. В северо-западном углу найдена железная тесловидная мотыжка (Рис. XII, 2; XIV, 11). В ее втулке сохранился древесный тлен. Рядом обнаружены остатки железного ножа (Рис. XII, 6; XIV, 7). У северной стенки, рядом с черепом, находилась овальная поясная бронзовая пряжка (Рис. XII, 13; XIV, 16). Здесь же располагалась россыпь стеклянных и сердоликовых бус (Рис. XII, 3).

Рядом с обломком трубчатой кости по центру камеры, ближе к восточной стенке, найдено железное стремя с овальной петлей (Рис.XII, 10; XIII, 4). Сверху на нем зафиксированы остатки берестяной коробочки (Рис. XII, 5). Рядом найдены: россыпь разнообразных бус и бронзовая сложносоставная серьга (Рис. XII, 3; XIV, 3), синяя стеклянная лунница (Рис. XIV, 2), многоцветный стеклянный амулет в виде когтя животного (Рис.XII, 14; XIV,12) и поясные бронзовые бляшки (Рис. XII, 4; 14 - 3 шт., 23-2 шт., 24-1 шт.).

В центре камеры найден бронзовый браслет из круглого в сечении прута (Рис. XII, 11; XIV, 22). В 0,4 м к юго-западу от него найден четырехгранный в сечении бронзовый браслет с намотанной на него бронзовой фольгой (Рис. XIV, 18). Он был надет на локтевые кости (Рис. XII, 11). Рядом лежали бронзовые спиралевидные пронизи (21 шт.), в некоторых из них сохранилась белая шерстяная нить (Рис. XII, 16; XIV, 21). Здесь же найдено два литых бронзовых бубенчика (Рис. XII, 7; XIV, 19). Вдоль бедренной кости лежало три бедренных ножа в одних деревянных ножнах с бронзовой и серебряной обоймочками (Рис. XII, 6; XIV, 1). Здесь же обнаружено 7 поясных бляшек с растительным орнаментом (Рис. XIV, 26), бронзовый стременной блок (Рис.XIII, 6) и железные удила с псалиями (Рис. XII, 20; XIII, 5).

Западнее бедренной кости лежало железной сбруйное кольцо (Рис. XII, 8; XIII, 7). Ближе к выходу из камеры найдены: второе железной стремя (Рис. XII, 10; XIII, 3), три железный сбруйные пряжки (XII, 9), две из которых-лировидные (Рис. XIII, 8,9) и одна-трапецевидная (Рис.XIII, 10), а также бронзовый чумбур (Рис. XII, 17; XIII, 2).

В юго-восточном углу камеры, рядом с бедренной костью взрослого человека и костями ребенка (Рис. XII, 19), лежали бронзовый браслет (Рис. XII, 11) с заходящими концами (Рис. XIV, 17), две маленькие бронзовые серьги (Рис. XII, 18; XIV, 5), пастовая бусина и три бронзовых литых бубенчика (Рис. XII, 7; XIV, 19). Здесь же обнаружены фрагменты железного кольца (Рис. XII, 8; XIII,11). Практически все находки юго-восточного угла располагались на каком-то органическом тлене (Рис. XII, 22).

Здесь же были найдены остатки войлочно-кожаной обуви (Рис. XII, 21). Один из «сапогов» сохранился лучше другого (Рис. XV). На внешней стороне голенища была пришита полоска кожи с прикрепленной бронзовой четырехугольной пряжкой (Рис. XIV, 15). Обувь была украшена бронзовыми бляшками с изображением «личины» (Рис. XIV,8; XV, 1)-7 шт. и «трех личин» (Рис.XIV, 14; XV, 3)-2 шт. Найдена здесь и круглая бляшка с изображением шестилепесткового цветка (Рис. XIV,9; XV, 2). Вместе с остатками обуви найдены две серебряные «концевые» бляшки с растительным орнаментом (Рис. XIV, 27; XV, 4). На одной из них сохранились остатки ремня. Для украшения обуви применялся еще один вид серебряных бляшек с изображением «личины» (Рис. XIV, 25; XV, 5). В непосредственной близости от бляшек были найдены «усики» из бронзы, с помощью которых бляшкам крепились к ремням (Рис. XIV, 20; XV,6). Всего в погребении обнаружено 22 «усика».

Кроме того, при просеивании грунта, вынутого из катакомбы, выявлен обломок железного кольца (Рис. XIII, 12) т несколько бронзовых предметов : ременная фурнитурная пряжка с тремя заклепками (Рис. XIV, 10), грибовидная пуговка (Рис. XIV, 6), калачевидная серьга с каплевидной подвеской и шишечкой на конце (Рис. XIV, 4).

Имеющиеся материалы свидетельствуют, что в катакомбе № 22 были захоронены мужчина-всадник и ребенок. О наличии последнего свидетельствуют отдельные находки трубчатых костей малого размера, маленькие сережки и бронзовый браслет с заходящими концами. На основании формы сережек и пряжек, формы и орнаментации декоративных бляшек [Плетнева С. А.,1989.- С.160-164] погребение можно датировать серединой IX - началом X вв.

Катакомба № 23 (Рис. XI, 2). Погребальная камера заполнена материковой глиной, частично привнесенной извне, частично-обвалившейся сверху. Расчистка показала, что в плане она имела форму неправильного овала. В камере выявлены остатки парного погребения ( Рис. XVI).

Первый из костяков сохранился относительно хорошо. Большинство его костей находилось в анатомическом порядке. Он был расположен вытянуто на спине, ориентирован головой на север. Череп лежал на правой скуле глазницами на запад. Его свод был покрыт охрой. Череп и несколько позвонков были слегка смещены к востоку относительно позвоночного столба. Перед лицевыми костями черепа размещалась левая лопатка, и далее-плечевая кость; позвонки и тазовые кости находились в первоначальном положении. В северо-западной части камеры на полу были разбросаны ребра и кости грудного отдела. Здесь же находилась еще одна плечевая кость. Правая нога располагалась вытянуто, а левая была немного согнута в колене. Правая лопатка находилась в 0,1 м к востоку от затылочной кости.

Кости еще одного погребенного располагались в восточной части камеры. У самой стенки, севернее центра, выявлены остатки правой лицевой части черепа и зубы; чуть севернее-позвонки, несколько ребер и фрагменты иных костей. Часть позвонков, трубчатые кости конечностей (некоторые без эпифизов) располагались в юго-западной части камеры. Отдельно, в центральной части, найдены зубы, вероятно, от костяка № 2 (Рис. XVI, 11).

Инвентарь костяка № 1 состоял из бронзовой сложносоставной серьги (Рис. XVI, 9; XVII, 5), которая располагалась вблизи черепа. Рядом находился обломок квадратной бусины из непрозрачного синего стекла (Рис. XVI, 2). Еще одна аналогичная серьга выявлена в районе груди (Рис. XVI, 9). В 0,15-0,2 м к СЗ от последней біли віявлені остатки шести шумящих бронзовых подвесок (Рис. XVI, 8; XVII, 3). Близ левой тазовой кости найдено 5 бронзовых спиралевидных пронизей (Рис. XVI, 5; XVII, 7). Параллельно нижнему позвоночному отделу, к востоку от пронизей, найдены остатки железного черешкового ножа, длина которого составляла 0,3 м (Рис. XVI, 4; XVII, 1). На его рукоятке и лезвии прослеживается древесный тлен. Близ правой тазовой кости найдены остатки железной ременной прямоугольной пряжки (Рис. XVI, 7; XVII, 4). На уровне тазовых костей, в 0,2 м к востоку от костяка № 1, прослеживается пятно органического тлена с налетом бронзовой патины и ржавчины. По очертанию пятна можно предположить, что здесь был колчан (Рис. XVI, 3). В центре пятна найдены остатки железной застежки (Рис. XVII, 5).

Судя по остаткам сложных серег, погребение можно датировать второй половиной VIII - началом IX вв.

Катакомба № 24 (Рис. XVIII, 1). В дромосе, у входа в коридор найдена кварцитовая тесаная плита с размерами 1х0,45 х 0,1 м. Своим нижним краем она находилась в коридоре. Такое ее расположение свидетельствует о проникновении в камеру уже после совершения первоначального погребального обряда. Под плитой найдены бедренная кость теленка (до 1 года) и бронзовый браслет с орнаментом «елочкой» (Рис. ХХ, 16). В конце коридора найден позвонок и одна из суставных костей человека, а также бусина синего стекла.

Погребальная камера была засыпана грунтом еще в древности. Сверху незаполненное пространство начиналось от верхнего края свода коридора. Свободным от грунта оставались верхние 0,3-0,4 м от высоты камеры. В плане она имела форму прямоугольника с закругленными углами.

Судя по количеству черепов, в камере находилось четверо взрослых погребенных, помещенных изначально на спину. Практически все кости были перемешаны. В подавляющем большинстве они найдены в восточной части камеры (Рис. XIX). Ввиду сильной перемешанности костей невозможно провести их полное описание. Отметим лишь, что череп № 1 лежал у северной стены на темени глазницами на север. Его нижняя челюсть найдена рядом (Рис. XIX, 3). Череп № 2 находился в 0,35 м к югу от первого. Он располагался на затылке, слегка заваленный на левую скулу. Судя по частично сохранившимся на месте шейным позвонкам, этот костяк располагался головой на север. Черепа № 3 и 4 располагались в северо-восточном углу камеры. Они были ориентированы глазницами на север, но № 3 лежал на левой скуле, а № 4-на правой. Необходимо отметить, что самый восточный костяк располагался вытянуто, ногами на север, о чем свидетельствуют сохранившиеся части скелета.

Слева от входа в камеру найдены кость животного (Рис. XIX, 1), железная мотыжка с остатками дерева во втулке (Рис. XIX, 8; XX, 3). Рядом находились остатки железного ножа с оковкой из бронзовой полосы (Рис. XIX, 9; XX, 21). В 0,4 м к востоку от входа выявлено 3 позвонка и россыпь бус вокруг них ( среди них пастовые непрозрачные и 4 бусины из горного хрусталя)-Рис. XIX, 10. В 0,2 м на восток от этого скопления найдены фаланги пальцев руки и остатки железного ножа с оковкой из бронзы (Рис. XIX, 4; ХХ, 22). Рядом (Рис. XIX, 13) найдены 8 бронзовых спиралевидных пронизей традиционной формы, сложносоставная сережка (Рис. ХХ, 8) и один литой бронзовый бубенчик (Рис. ХХ, 1). В юго-западной части катакомбы найдены кости бедра и голени правой ноги. Рядом найдено большое бронзовое зеркало с ячеистым орнаментом и петелькой на обратной стороне (Рис. XIX, 14; ХХ, 4).

В 0,8 м на СВ от входа найдено три ребра, плечевая и локтевая кости без эпифизов. Вокруг последней выявлена россыпь различных бус (Рис. XIX, 11) и бронзовое зеркальце (Рис. XIX, 12; ХХ, 11). В центре камеры обнаружены фаланги пальцев рука и браслет из бронзы с пятью насечками на концах (Рис. XIX, 5; ХХ, 2). Рядом выявлены: ажурная ременная пряжка (Рис. XIX, 6; ХХ,19), сломанная коробочка-косметичка (Рис. XIX,7; ХХ, 5), пара спиралевидных пронизей и два литых бубенчика-все из бронзы. К северу от этих находок, рядом с черепом № 1 и на нем, найдены остатки мелких бронзовых бляшек с изображением "личины" (лишь 8 целых)-Рис. ХХ, 18.

Рядом с правой скулой черепа № 2 найдены остатки золотой трубочки от серьги с орнаментом из ложной зерни (Рис. XIX, 19; ХХ, 6). В ногах этого костяка на месте несохранившихся ступней (Рис. XIX, 22) найдены остатки узких кожаных ремней с бронзовыми «усиками» для крепления бляшек (Рис. ХХ, 14,15) и 7 серебряных бляшек с растительным орнаментом (Рис. ХХ, 20).

В центральном скоплении костей найдены бронзовый браслет из круглого в сечении прута (Рис. XIX, 15; ХХ, 13) и бронзовый перстень (Рис. XIX, 16; ХХ,9). Отметим также, что кости нижних конечностей, расположенные по центру, были охристого цвета (Рис. XIX, 21).

Между черепами № 3 и 4 лежали две спиралевидные бронзовые пронизи и 6 литых бронзовых бубенчиков (Рис. XIX, 18). Возле тазовых костей «восточного» скелета найдено три серебряных дирхема со следами вторичного использования в качестве украшений. По мнению сотрудника Института востоковедения НАН Украины Д.А. Радивилова, все монеты относятся к ранним Абассидам (халиф Аль-Махди). Их датировка укладывается в период между 774-787 гг..

В грунте, вынутом из камеры, найдены еще одно петельчатое бронзовое зеркальце (Рис. ХХ, 12), три бронзовые бляшки с изображением «личины» (Рис. ХХ, 10) и 6 серебряных концевых ременных бляшек с растительным орнаментом (Рис. ХХ, 17). Кроме того, обнаружена одна сложносоставная бронзовая с позолотой серьга (Рис. ХХ, 24) и фрагмент еще одной золотой сережки в виде золотой сферы на бронзовом стерженьке (Рис. ХХ, 23).

На основании сочетания признаков раннего периода: ажурная ременная пряжка, декор зеркала, сложносоставные серьги, а также позднего: форма перстня, зеркальца-амулеты [Плетнева С.А., 1989.- С.155-160] предполагаемая датировка рассматриваемой катакомбы - IX в.

Катакомба № 25 (Рис. XVII, 2). На расстоянии 0,8-1 м от входа в коридор найдена вертикально стоящая песчаниковая плита подпрямоугольной формы с размерами 0,6х0,4х0,12 м. Между ней и началом коридора найдено 2 локтевые кости, фаланги пальцев, три бронзовых шумящих подвески (Рис. XXII, 11) и остатки ножа в деревянных ножнах.

Погребальная камера имела подпрямоугольную форму с закругленными углами и дугообразной восточной стенкой. Здесь выявлены останки трех погребенных взрослых человек, кости которых были перемешаны и сохранились не полностью ( Рис. XXI). Один из черепов ( № 1) располагался у восточной стены, по центру, а два других выявлены в юго-западном углу. Две нижних челюсти обнаружены в северо-западном углу, а еще одна-в 0,2 м к северу от черепа № 2. Близ входа найдены тазовые кости и позвонки нижнего отдела, расположение в анатомическом порядке. Рядом, с небольшим смещением к востоку,-кости нижних конечностей. В юго-восточной части камеры выявлено три набора костей нижних конечностей, еще один-рядом с черепом № 1. Остальные кости были перемешаны и неравномерно распределялись по полу камеры (Рис. XXI).

Инвентарь катакомбы состоял, в основном, из украшений и предметов обихода. По центру камеры, на одной из фаланг руки выявлен бронзовый перстенек (Рис. XXI, 1; XXII, 8).У входа, в районе тазовых костей найдены остатки сильно проржавевшей железной подвески неясной формы (Рис. XXI, 9), бронзовый литой бубенчик (Рис. XXI, 11; XXII, 12), остатки двух железных ножей (Рис. XXI, 3, 4), один из которых имел несколько лучшую сохранность (Рис. XXII, 15). Здесь же обнаружена бронзовая ременная пряжка (Рис. XXI, 5; XXII, 13) и россыпь серебряных ременных бляшек (Рис. XXI, 10). Они были различны : 3 из них имела листовидную форму и были украшены растительным орнаментом (Рис. XXI, 1), 9 бляшек, украшенных «цветочным» орнаментом, были концевыми (Рис. XXII, 3), 12 лотосовидных бляшек имели изображения «личины» (Рис. XXII, 2).

В юго-восточном углу, в районе черепа № 2, также были найдены бронзовые бляшки (Рис. XXI, 10). Одна из них имела прямоугольную форму и растительный орнамент (Рис. XXII, 5, а 8-представляли изображение «личины» (Рис. XXII, 4).

В районе черепа № 1, близ восточной стенки, обнаружена еще одна группа находок (Рис. XXI, 12): небольшое скопление бус и 12 бронзовых спиралевидных пронизей (Рис. XXII, 9), железная игла (Рис. XXI, 7; XXII, 10), шарик от бубенчика (Рис. XXI, 6) , небольшое бронзовое колечко (Рис. XXI, 8; ХХII, 6), остатки двух составных пуговок (Рис. XXI, 2; XXII, 11), а также два составных бронзовых бубенчика (Рис. XXII, 7).

На основании формы перстенька, орнаментации концевых ременных бляшек и присутствии составных бубенчиков данное погребение может быть датировано концом IX - первой половинойхв. [Плетнева С.А., 1989.- С. 160- 162; Степи Евразии...,1981.-С. 150 - 151].

Катакомба № 26 (Рис. XXIII, 1). Верхние 0,6 - 0,8 м дромоса были заполнены грунтом, который по своему составу и рыхлости мало отличался от остальных ранее описанных. Ниже этого уровня грунт был очень тяжелым, темно-коричневого цвета с отложениями кальция. Скорее всего, это свидетельствует о натечности грутна. По своему составу грунт заполнения коридора был аналогичен грунту из дромоса, но значительно рыхлее.

Погребальная камера имела в плане форму неправильного круга. Она была весьма плотно забутована смесью чернозема и глины, однако не так плотно, как нижняя часть дромоса.

В камере выявлено парное захоронение (Рис. XXIV). Ближе к выходу располагался костяк № 1, который, судя по расположению костей, был ориентирован головой к югу. Его череп лежал в 0,3 м от южной стенки. Он располагался вертикально, глазницами на северо-запад, в сторону входа. В его теменной части имелось две пробоины. Рядом с ним найден один стандартный бронзоый литой бубенчик (Рис. XXIV, 4), аналогичный найденным в предыдущих катакомбах. В 0,2 м к северу найдены остатки правой руки с небольшим смещением плечевой и локтевой костей, а также несколько ребер. Здесь же найдено два железных ножа в одной обойме с остатками дерева и двумя бронзовыми оковками (Рис. XXIV, 8; XXV, 3, 6). Под кистью правой руки найдено небольшое количество древесных углей (горсть). К западу от фаланг пальцев этой кисти найден еще один нож с остатками деревянных ножен (Рис. XXIV, 5; XXV, 4) и железная мотыжка (Рис. XXIV, 6; XXV, 5). На фаланге одного из пальцев был бронзовый перстень (Рис. XXIV, 7; XXV, 9). Плечевая кость и предплечье левой руки лежали у входа параллельно друг другу. Здесь же выявлено несколько фаланговых костей и миниатюрный, скорее всего ритуальный, железный втульчатый топорик (Рис. XXIV, 3; XXV, 2).

Тазовые кости этого погребенного располагались непосредственно у входа. Кости нижних конечностей сохранялись полностью. Ноги были слегка согнуты в коленях и завалены на восток. На правой бедренной кости найдено одно из ребер. Близ левого бедра найден железный втульчатый топорик с вытянутым квадратным обушком (Рис. XXIV, 12; XXV, 1). Возле правого бедра располагалось три бронзовых литых бубенчика (Рис. XXIV, 4), еще один найден в грунте, вынутом из катакомбы. У левой щиколотки найдено два куска узкого кожаного ремешка (Рис. XXIV, 1). Близ правой стопы выявлено три ребра и чернолощеный 2 выявлен в восточной части камеры. Он располагался на 0,2 м выше дна катакомбы на рыхлой материковой глине бурого цвета. Такое кувшин с узким горлышком (Рис. XXIV, 14; XXV, 19). В погребении он располагался кверху дном.

Костяк № 2 выявлен в восточной части камеры. Он располагался на 0,2 м выше дна катакомбы на рыхлой материковой глине бурого цвета. Такое положение можно объяснить лишь более поздним помещением этого покойника по отношению к костяку № 1. В промежутке между этими событиями часть грунта отвалилась от свода камеры. Костяк второго погребенного сохранился относительно хорошо и почти в анатомическом порядке. Он располагался вытянуто на спине, головой на север. Череп был несколько смещен к востоку и покоился на теменной кости. Нижняя челюсть находилась в 0,2 м к востоку в перевернутом состоянии (зубами вниз). Под черепом найдены остатки ремешков с бронзовыми «усиками» (Рис. XXIV, 13; XXV, 7) и серебряные бляшки : 5-удлиненных с закругленным концом и растительным орнаментом (Рис. XXV, 18) и 3-в виде «личины» (Рис. XXV,15). Руки были вытянуты вдоль туловища. Близ правого предплечья найдено 5 бронзовых бляшек с растительным орнаментом и подвижными колечками (Рис. XXIV, 9; XXV, 12). Еще 4 таких же бляшки располагались в районе таза и нижнего отдела позвоночника. Здесь же выявлены и остатки узких ремешков с отверстиями для крепления бляшек (Рис. XXV, 11). Отметим также, что под итазовыми костями этого погребенного прослеживается меловая подсыпка. Кисть правой руки отсутствовала, а в районе фаланг левой руки найдена бронзовая пуговка (Рис. XXV, 8),остатки бронзовой калачевидной серьги с подвеской-«капелькой» (Рис. XXV, 10), бронзовая пряжечка (Рис. XXV, 11) и бронзовые бляшки (Рис.XXIV, 10). Три бляшки были аналогичны бронзовым с подвесками-колечками (Рис. XXV, 12), а одна имела вид геральдического щитка (Рис. XXV, 13).

Кости правой ноги находились в вытянутом положении, а левая нога была слегка согнута в колене. Возле ее плюсневых костей найдены остатки кожаных ремешков и мелкие бронзовые бляшки с растительным орнаментом (Рис. XXIV, 12). 20 из них имели почковидную форму (Рис. XXV, 14), 2-прямоугольно-овальную (Рис. XXV, 16) и 5 бляшек имели удлиненную форму и были украшены растительным орнаментом (Рис. XXV, 17).

Датировать каждое из захоронений в данной катакомбе надо по отдельности. На это нам указывает стратиграфия. Обвалившаяся часть свода камеры изолировала костяки и инвентарь погребенных друг от друга. Однако, считаем, что временная разница между захоронениями не могла быть значительной. Первого погребенного помогает датировать ранний топорик с молотковидным обушком и перстень с уплощенным щитком. Второй погребенный сопровождается фрагментами поздней серьги и концевыми ременными бляшками с характерным для позднего периода декором [Плетнева С.А.,1989.- С. 155-162; Степи Евразии...,1981.- С. 148-151]. Поэтому, предположительно, первое захоронение можно датировать началом IX в, а второе-серединой или второй половиной IX .

Катакомба № 27 (Рис. XXIII, 2). Погребальная камера имела в плане овальную форму. Первоначально она была свободна от грунта. Однако со временем ее потолок обвалился. Об этом свидетельствует тот факт, что она была выявлена в раскопочной траншее не пятном дромоса, а первоначально темным пятном от обвалившейся камеры.

Погребение содержало парное захоронение. Костяки располагались головами на север (Рис. XXVI).

Костяк № 1 сохранился относительно хорошо. Череп лежал на правом виске глазницами на юг и был несколько сдвинут в сторону от позвоночного столба. Нижняя челюсть найдена в 0,5 м южнее в районе поясничного отдела позвоночника. Костяк располагался вытянуто на спине. Позвоночник сохранился полностью. Кроме того, присутствовали отдельные ребра и правая лопатка. Кости ног выявлены параллельными друг другу, а тазовые кости обнаружены рядом с коленными сочленениями. Правая плечевая кость находилась на своем месте, а ее предплечье с бронзовым браслетом из круглого в сечении прута было сдвинуто на 0,2 м к западу (Рис. XXVI, 3; XXVII, 11). Из костей левой руки сохранилось лишь предплечье, которое находилось практически на своем месте. Рядом найдена фаланга руки с бронзовым перстнем (Рис. XXVI, 13; XXVII, 5). Несколько костей левой кисти найдено чуть к западу от позвоночника. Поверх грудной части скелета найдена бедренная кость крупного рогатого скота (Рис. XXVI, 4). Под ней обнаружены остатки железного ножа в деревянных ножнах (Рис. XXVI, 5; XXVII, 1). Близ верхнего эпифиза правой бедренной кости сохранилось 2 бронзовых литых бубенчика, 2 бронзовые спиралевидные пронизи (Рис. XXVI, 11; XXVII, 3, 8), а также остатки небольшого железного предмета, форма которого осталась неясной.

Костяк № 2 сохранился гораздо хуже. От него выявлены лишь трубчатые кости конечностей, а также кости левой ступни. У восточной стенки камеры найден тлен от черепа (Рис. XXVI, 1). Рядом с ним-остатки железного ножа и ножен в виде древесного тлена и бронзовой обоймочки (Рис. XXVI, 2; XXVII, 6). Рядом найдена бронзовая сферическая пуговка ( Рис. XXVI, 10; XXVII, 2).

В северо-восточном углу камеры найдены остатки нагрудного украшения (Рис. XXVI, 9), состоящие из двух ниток синих стеклянных бус в количестве около 200 штук и двух ниток бронзовых спиралевидных пронизей -32 шт. Отметим, что нити располагались полуовалом; внутренние нити состояли из бусин, а внешние-из пронизей. У локтя правой руки найдены остатки еще одного железного ножа с остатками деревянной рукояти (Рис. XXVI, 8;XXVII, 9). Рядом располагалась бронзовая копоушка (Рис. XXVI, 6; XXVII, 12), а также россыпь бус и нескольких пронизей.

В северо-восточной части катакомбы между тленом черепа костяка № 2 и четырьмя ранее упомянутыми нитками украшения обнаружено еще одно скопление разнообразных бус (Рис. XXVI, 7).Шесть бронзовых пронизей найдено в районе верхнего края левой бедренной кости (Рис. XXVI, 14). Кроме того, во время разборки грунта, вынутого из катакомбы, найдено еще два железных ножа с остатками древесного тлена (Рис. XXVII, 4, 7) и одна бронзовая ременная бляшка (Рис. XXVII, 10).

Используя датирующие характеристики копоушки и перстня [Плетнева С.А., 1989.-С. 160 - 162] данное погребение может быть датировано IX в.

Исследование Верхнесалтовского могильника № 4 продолжается. И лишь по окончании этой работы возможен полный анализ его погребального обряда. Однако уже сейчас, имея в распоряжении данные по десяти катакомбам, считаем уместным высказать отдельные замечания самого общего характера. Исследованные в 1996 г. катакомбы по своей конструкции являются традиционными для Верхнесалтовского комплекса. По размерам и форме они аналогичны комплексам из Дмитриевки и Рубежного [ Плетнева С.А., 1989.-С. 177-178; Аксенов В.С., 1997.- С. 162-164]. С последним памятником их сближает наличие ступенек и сходная глубина дромоса.

В четырех из десяти исследованных дромосов были найдены закладные плиты ( № 18, 19, 24 и 25), причем в первой из упомянутых таких плит было две: одна в грунте заполнения, а вторая плотно прикрывала входное отверстие коридора. В других случаях плиты были сдвинуты от входа и находились внизу дромоса, а в кат. № 19 плита к тому же была и расколота. Наличие коридора, его форма и размеры также сближает исследованные комплексы с дмитриевскими [ Плетнева С.А., 1989.- С. 178].

Длинные оси погребальных камер и дромосов были всегда перпендикулярны друг другу. Это обстоятельство находит свои аналогии в Дмитриевском и Маяцком комплексах [ Плетнева С.А., 1989.- Рис. 89-91; Флеров В.С., 1993.- С. 6]. Форма камер в плане была разнообразна: в трех случаях они были овальными ( № 23, 26, 27); один раз-в форме трапеции ( № 18); в остальных случаях это были прямоугольники с закругленными углами. Разнообразие форм ям, характерное для Верхнесалтовского комплекса в целом, не находит своего подтверждения в иных известных катакомбных могильниках салтово-маяцкой культуры. Примером могут служить наиболее исследованные из них: Дмитриевский и Маяцкий, где практически все ямы имели форму овала [Плетнева С.А., 1989.- С. 180; Флеров В.С., 1993.- С. 13]. Горизонтальные размеры исследованных камер колебались от 1,65-2,3 м в длину до 1,25-1,8 м в ширину. В вертикальном разрезе все катакомбы имели традиционный полусферический потолок различного профиля. Его высота равнялась 0,85-1,55 м. Эти размеры наиболее сопоставимы с прараметрами дмитриевских катакомб [Плетнева С.А., 1989.- С. 180] и несколько превышают аналогичные данные маяцких погребений [Флеров В.С., 1993.- Табл. 1-5]. Уровень пола погребальной камеры был ниже уровня пола коридора на 0,1-0,45 м. Большинство камер по окончании обряда захоронения оставались практически свободными от грунта. Лишь в двух случаях можно говорить об их преднамеренном заполнении грунтом ( № 23, 26).

В камерах выявлено от одного до четырех погребенных, что является характерным для всех известных салтово-маяцких могильников. Всего в 10 катакомбах выявлено 24 погребенных. Обращает на себя внимание значительная поврежденность костяков. Это относится не только к их анатомической целостности, но и к фактическому наличию костей. Хуже всего сохранились детские ( № 19, 20, 22). Их остатки представлены чаще всего костным тленом и молочными зубами. Скелеты взрослых имели различную степень сохранности. Хуже всего сохранились остатки погребенных в кат. № 18 и 22, второй костяк в кат. № 27, Лучше всего сбереглись костяки № 1 и 2 в кат. № 20 и костяк № 2 в кат. № 26. У них отсутствовали лишь ступни и кисти, а остальные части скелета находились почти в анатомическом порядке. В большинстве случаев заметно отсутствие костей или анатомическое нарушение в верхней части скелета ( кат. № 21, костяк-1 в кат. № 23, кат. № 25 и 26, костяк-1 в кат. № 26 и костяк-1 в кат. № 27). Такое же положение характерно для значительной части погребений с разрушенными скелетами из Дмитриевского могильника [ Плетнева С.А., 1989.- С. 183-191]. Отметим, что в кат. № 21 кости трех погребенных лежали компактными группами. В некоторых случаях можно предположить сдвигание первоначально захороненных ( № 23, 24).

Ориентация большинства погребенных, если ее представлялось возможным проследить, была традиционной: головой влево от входа ( в нашем случае - на север). Однако, дважды зафиксирована противоположная ориентация: восточный костяк в кат. № 24 и костяк-1 в кат. № 26. Поза погребенных, когда это представлялось возможным установить, - вытянуто на спине. Явных следов связывания ног не прослеживается.

Выявлено, что при проведении погребального обряда использовались охра, мел, древесный уголь и зола. Первый минерал обнаружен в трех комплексах: в кат. № 19 охра найдена на одном из обломков закладной плиты; в кат. № 21 ею были обильно окрашены некоторые кости из северо-западного угла камеры; следы минерала были обнаружены на черепе костяка-1 из кат. № 23. Использование мела также зафиксировано в трех случаях: в кат. № 19 им был густо посыпан пол по всей площади камеры 4 в кат. № 20 меловая посыпка пола была дополнена побелкой стен и потолка; аналогичная подсыпка была выявлена под тазовыми костями второго погребенного в кат. № 26. В том же захоронении под правой кистью первого костяка была найдена горсть древесных угольков. Два зольно-угольных пятна прослежены в кат. № 18.

Все исследованные погребения имели следы повторного проникновения. Свидетельствам этому являются многочисленные расширения в передней части большинства дромосов ( № 18 - 21, 25, 27), наличие сдвинутых с места закладных плит ( № 18, 24, 25, а у кат. № 19 она была предварительно разбита). Повторное проникновение подтверждается и отсутсвием неповрежденных скелетов. Целью проникновения в исследованные катакомбы, по нашему мнению, было проведение обряда обезвреживания покойников, что наиболее полно проанализировано В.С.Флеровым на материалах Маяцкого могильника [Флеров В.С., 1993.- С. 42-51]. В пользу именно такой интерпретации свидетельствуют многочисленные факты. К ним относится отсутствие кости стоп и правой кисти у костяка-1 , а также отсутствие правой кисти у костяка-2 в кат. № 20; отсутствие правой кисти у костяка-2 из кат. № 26. Эти факты не могут быть объяснены обычным ограблением погребенного, равно как и факты разрушения или отсутствия верхней половины скелета при сохранении нижней его части, что можно наблюдать в кат, № 23, 25-27, ритуальный характер разрушения костяков подтверждается хаотичным разбрасыванием костей по камере ( № 22, 24, 25), а также их размещением локальными группами (№ 21). В каждой катакомбе наблюдается отсутствие отдельных частей скелета, что находит свое максимальное воплощение в кат. № 18 и 19. На неграбительский характер проникновения и анатомических нарушений указывает присутствие в погребении находок, которые вполне могли бы привлечь желающих обогатиться. К ним относятся серебряные дирхемы, золотые и серебряные украшения, бусы из аметиста, горного хрусталя и сердолика.

До настоящего момента решение вопросов хронологии погребальных комплексов, равно как и салтово-маяцкой культуры в целом, остается одной из труднейших задач. Наметились пути его решения через создание относительной хронологии групп или блоков захоронений на Дмитриевском и Маяцком могильниках [Плетнева С.А., 1989.- С.155-172; Флеров В.С., 1993.- С. 60 -64]. Исследование Верхнесалтовского могильника № 4 еще далеко до своего завершения, поэтому хронологическую интерпретацию его отдельных комплексов в настоящий момент считаем предварительной.

В заключение хочется еще раз подчеркнуть, что данная работа имеет своей главной целью публикацию интересного и важного материала. Надеемся, что это внесет свой вклад в изучение разнообразных проблем хазароведения и раннего средневековья в целом.


 

Рисунки

Рис. I. 1 - План и профили катакомбы № 18; 2 - План и профили катакомбы № 19.

Рис. II. План погребальной камеры катакомбы № 18.

Рис. III. Инвентарь катакомбы № 18.

Рис. IV. План погребальной камеры катакомбы № 19.

Рис. V. Инвентарь катакомбы № 19.

Рис. VI. 1 - План и профили катакомбы № 20; 2 - План и профили катакомбы № 21.

Рис. VII. План погребальной камеры катакомбы № 20.

Рис. VIII. Инвентарь катакомбы № 20.

Рис. IX. План погребальной камеры катакомбы № 21.

Рис. X. Инвентарь катакомбы № 21.

Рис. XI. 1 - План и профили катакомбы № 22; 2 - План и профили катакомбы № 23.

Рис. XII. План погребальной камеры катакомбы № 22.

Рис. XIII. Инвентарь катакомбы № 22. Снаряжение коня.

Рис. XIV. Инвентарь катакомбы № 22.

Рис. XV. Остатки обуви из катакомбы № 22.

Рис. XVI. План погребальной камеры катакомбы № 23.

Рис. XVII. Инвентарь катакомбы № 23.

Рис. XVIII. 1 - План и профили катакомбы № 24; 2 - План и профили катакомбы № 25.

Рис. XIX. План погребальной камеры катакомбы № 24.

Рис. XX. Инвентарь катакомбы № 24.

Рис. XXI. План погребальной камеры катакомбы № 25.

Рис. XXII. Инвентарь катакомбы № 25.

Рис. XXIII. 1 - План и профили катакомбы № 26; 2 - План и профили катакомбы № 27.

Рис. XXIV. План погребальной камеры катакомбы № 26.

Рис. XXV. Инвентарь катакомбы № 26.

Рис. XXVI. План погребальной камеры катакомбы № 27.

Рис. XXVII. Инвентарь катакомбы № 27.

 


 

Литература

Аксенов В.С. Исследование салтовского могильника у с. Рубежное на Харьковщине // Древности 1996.- Харьков,1997.- С. 162-164.
Багалей Д.И. объяснительный текст к археологической карте Харьковской губернии // Труды XII Археологического съезда.- М.,1905.- Т.I.- С.1-92.


Березовец Д.Т. Раскопки в Верхнем Салтове в 1959-1960 гг// КСИА АН УССР.- 1962.- Вып. 12.- С.20.
Березовець Д.Т. Салтівська культура // Археологія Українськая РСР.- К.,1975.- Т.3.-С. 421 -429.
Іченська О.В. Цитадель Салтівського городища // Археологія.- 1980.- № 34.- С.101 -109.


Колода В.В. Отчет об археологических исследованиях Верхнесалтовского комплекса Средневековой экспедицией Харьковского госпедуниверситета в 1996 г. - Харьков,1997.- Архив ИА НАН Украины.
Ляпушкин И.И. Памятники салтово-маяцкой культуры в бассейне р. Дона // МИА.-1958.- № 62.- С. 85-149.
Макаренко Н.Е. Отчет об археологических исследованиях в Харьковской и Воронежской губерниях в 1905 г// ИАК.- 1906.- Вып.19.- С. 122-144.
Плетнева С.А. На славяно-хазарском пограничье. Дмитриевский археологический комплекс.- М.,1989.- 286 с.


Покровский А.М. Верхне-Салтовский могильник // Труды XII Археологического съезда.- М.,1905.- Т.I.- С. 465-491.
Семенов-Зусер С.А. Розкопки коло с.Верхнього Салтова 1946 р// АП.-1949.- Т. 1.- С. 122-137..
Семенов-Зусер С.А. Дослідження Салтівського могильника // АП.- 1952.- Т. 3.- С. 271-284.


Сміленко А.Т. Дослідження посаду городища Верхній Салтів // Середні віки на Украінї.-К.,1971.- С. 147-157.
Спицин А.А. Историко-археологические разыскания. Исконные обитатели Дона и Донца // ЖМНП.- 1909.- № 1.
Степи Евразии в эпоху средневековья.- М.,1981.- 300 с.
Федоровсктй А.С. Верхнесалтовский камерный могильник VIII -X вв// Вестник Харьковского историко-филологического общества.- 1913, 1914.- Вып. З, 5.
Флеров В.С. Погребальные обряды на севере Хазарского каганата.- Волгоград, 1993.- 142 с.


Вверх | Home | Сервер

© 2000 Восточноевропейский археологический журнал. All rights reserved.
Лаборатория аналитических исследований НИИПОИ МКИ Украины.